Дон Кихот фотографии

На днях в нашем городе побывал один из лучших фотохудожников мира, легенда советской и российской фотожурналистики Владимир Вяткин. Мэтр открыл в Орловском краеведческом музее свою персональную выставку и поделился секретами профессионального мастерства с молодыми фотографами.

Дон Кихот фотографии
Я — снайпер!
Длинные седые волосы, бородка и печальные глаза, а главное поступки: благородное желание биться до конца, страдать и мучиться, чтобы донести правду жизни в фотографиях — делают его действительно похожим на отважного идальго.
В свои шестьдесят три года Владимир Вяткин по-прежнему уверенно сидит в седле своей профессии и готов в любую минуту броситься в бой с открытым забралом.
Вот и сейчас на открытии выставки в Орле он как бы между прочим поведал новость, которая повергла в шок многочисленных любителей фотографии. В это трудно поверить, но признанный авторитет, которому в 1985 году Международная организация журналистов (IOJ) присвоила статус «Международный мастер фотожурналистики», а с 2004 г. является академиком Международной гильдии фотографов средств массовой информации, за плечами которого громкие победы во множестве мировых конкурсов, обладатель самого престижного в фотожурналистике приза Golden Eye («Золотой глаз») и трех золотых медалей Word Press Photo, Владимир Вяткин оказался сегодня, как сейчас модно говорить, «не в формате».
В чем тут секрет? Да очень просто: за 40 лет службы, отдав РИА «Новости» много творческих сил и мастерства, Вяткин так и не научился поступаться своими принципами. Новые времена требуют новых героев, новой стилистики, а главное — выдавать на гора сотни снимков, не особенно вдаваясь в философию и психологию событий.
— Но я не пулеметчик, я — снайпер, — признается известный фотожурналист.
И готов годами снимать свои знаменитые фотосерии о людях, о жизни, о событиях, которые поначалу кажутся незначительными, но которые на фотографиях мастера становятся свидетелями нашего времени.
Видоискатель фотоаппарата, как снайперский прицел, будет выискивать ту единственную, важную картинку, которая завершит задуманную тему — сколько бы времени на это не потребовалось.
— Самое сложное в фотографии — это не «вовремя нажать на кнопку», а выбрать именно тот снимок, в котором сошлось всё! — учит молодых мастер.
Среди представленных на выставке работ есть и знаменитая фотоистория «Девушки, рыбы и птицы». Над ней Вяткин работал 20 лет. На двух десятках фотографий — целая жизнь нашей сборной по синхронному плаванию. Главная героиня — маленькая девочка, только переступившая порог бассейна. Она, как гадкий утенок среди прекрасных лебедей. Далее мастер уводит нас в совершено фантастический мир этого удивительного вида плавания, где девушки-спортсменки больше похожи то на рыб, то на птиц.
А вот и снайперский выстрел: повзрослевшая маленькая пловчиха с первого снимка теперь стоит вся увешанная медалями, которые с завистью рассматривают девчонки нового набора. Но кто будет ждать таких фотошедевров столько лет — вот вопрос.
С «лейкой» и блокнотом…
Когда в начале 30-х годов XX века на смену громоздким ящикам с пластинами пришла маленькая, удобно ложащаяся в руке фотокамера «лейка» с 35-миллиметровой пленкой — наступила эра великого французского фотографа Анри Картье-Брессона. Его по праву считают отцом современной фотожурналистики, основателем таких направлений, как «уличная фотография» или «достоверный репортаж», что оказало влияние на целые поколения его последователей.
— Можно ли считать, что появление в 60-х годах прошлого века мощной длиннофокусной оптики породило новое поколение фотожурналистов, к которому принадлежите и вы? — мы беседуем с Вяткиным во втором небольшом зале его экспозиции, где выставлены особенно дорогие для него фотографии.
— Ну что ж, аналогия вполне уместная. Технический прогресс всегда влиял на развитие искусства фотографии, её стилистику.
Вспомните, в 60-годах появилось фоторужьё с объективом 300 мм. Вы могли, не внедряясь в жизненное пространство, активно наблюдать за ним со стороны и быть незаметным. Как говорил один из моих учителей, «быть мухой на стене».
— Самое сложное в фотографии — это не «вовремя нажать на кнопку», а выбрать именно тот снимок, в котором сошлось всё!
Из сотни фотографий, которые Вяткин привез на выставку, 90% сделаны именно длиннофокусной оптикой. С какой бы темой не работал фотожурналист, ключевым кадром всегда будет крупный план. Интерес к человеку, к простым, а зачастую и драматическим, событиям вокруг него отличает гуманистическое направление фотожурналистики Владимира Вяткина.
Вот его знаменитый снимок «Чистая победа», где запечатлен момент взятия планки на соревнованиях по прыжкам с шестом. Вяткин не был бы тем самым знаменитым Вяткиным, если бы не создал в одном снимке финал маленького драматического спектакля: сколько эмоций на лице спортсменки, за ними годы подготовки, соль и пот тренировок. И победа!
А сколько души, женской грации, нежности и… силы воли гимнастки на крупном плане фотографии «Пластика»!
Прекрасен в своей борьбе за жизнь и здоровье маленьких пациентов и доктор в серии Владимира Вяткина «Добрые руки Вахтанга Немсадзе».
«На войне как на войне…»
Честная и откровенная серия фотографий известного мастера «Чеченский синдром 1993—2003 гг.» ломает стереотипы о войне. В войне Вяткина нет места шокирующим фотографиям, полным крови и насилия, в них лишь простые солдатские истории, психологические портреты честных русских офицеров, и… бытовые сценки, которые красноречивее батальных.
— Вот моя любимая фотография «Запах войны», — Вяткин подвел меня к снимку, на котором через колючую проволоку и облако пара, на морозе обнаженный солдатик пытается смыть с себя всю грязь и страх прошедшего боя.
— Честно признайтесь, а был ли случай, когда профессионал Вяткин не смог поднять камеру и нажать кнопку спуска?
— Да, такие ситуации были, когда моё внутреннее сознание и воспитание, мои внутренние гуманные мотивы, моя душа и сердце брали верх над профессионализмом. В одной из командировок в Чечню на моих глазах тонул в болоте молодой солдатик. Шел бой, подойти близко я не мог, чтобы помочь. А русский парень боролся не за жизнь, а за свой автомат, что на войне важнее. Наконец, он выдернул из жижи оружие и гордо поднял его над головой, и тут, на счастье, подоспели боевые товарищи. И всё это время я, увешанный со всех сторон «Никонами», обливался горючими слезами от бессилия, но ни одного кадра не сделал. А — один щелчок, и многие призы самых крутых выставок — мои!
— Тогда еще один вопрос на «горячую» тему. Что гонит фоторепортеров на войну?
— Это выбор каждого в отдельности. Есть любители пощекотать нервы, кто-то гонится за большими деньгами: мировые агентства хорошо платят за кровь и смерть на снимках. Есть патриоты, которые хотят рассказать правду. Но, к сожалению, фоторепортер на войне — легкая добыча.
До сих пор жалею, что не отговорил моего погибшего молодого коллегу по РИА «Новости» Андрея Стенина от последней командировки на Украину. Мы даже поругались: «Ну ты даешь, дядя Володя! — возмущался Андрей. — У самого 28 ходок в Афганистан и Чечню, а мне что — в кусты?!».
Сейчас Владимир Вяткин разочарован в фотожурналистике, которую, по его мнению, «усыпили» ТВ и Интернет.
Сам мэтр признался, что не владеет ПК, не знает английского языка. Сегодняшний Вяткин все силы бросил на преподавание фотожурналистики на факультете журналистики МГУ и продолжает заниматься любимыми фотосериями.
— Так сейчас вы себя причисляете к фотохудожникам?
— 20 лет назад вы бы меня обидели этим вопросом, так я гордился званием фотожурналиста. Теперь с годами стал мудрее и меня вполне устраивает простое звание — «фотограф».
Автор: Александр Савченко
28 Октября 2014 15:54

Комментарии



Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений