Куклы Маши, куклы Даши

Два кота, Пушок и Борька, отбиваются от мелкой домоседской собачки с иностранным непроизносимым именем: «Мы помогаем хозяйке делать русские куклы, а ты кто?». Собачка мирно говорит, что она из того же дома и тоже помогает хозяйке распутывать нитки для кукол. Происходит это в глазуновском селе Новополево.

Куклы Маши, куклы Даши
Куклы априори считаются никчёмным детским занятием. Но сколько великих женщин начинали с кукол — и потом покоряли этим кукольным законом весь воинственный мужской свет.
В Новополево коты словно бы снуют мягкими волшебными коготками и никогда не обвиняют хозяйку в перепутанице. Если клубок и заплетается, то это так, для игры, вдохновляющей хозяюшку Нину Романовну.
— Никогда в плохом настроении не сажусь за шитьё, — говорит Нина Беспалова, здешняя уроженка, замужем Кеблярине, поскольку сорок лет живёт с белорусом Римасом Кеблярисом, первым соучастником знаменитого ансамбля «Песняры», о коем мы отдельно писали полгода назад.
Весёлый глазуновский саксофонист Римас Кеблярис нисколько не против, чтоб его жену называли первозданным именем Беспалова. Ведь она завоевала в родном селе полную популярность.
Начала три года назад, когда вышла на пенсию. Вспомнила, как бабушка делала тряпичные куклы.
— Дай, думаю, чего-то тоже сделаю. Времени-то много стало. Сначала что-то вырезала. Не понравилось; а потом первая же кукла завлекла, как мужика сто грамм.
Иголка затягивалась, но шептала мастерице: «Не бросай меня, видишь, какая я гладкая; почти что серебряная; как соскучилась по нырянью сквозь мягкое тряпьё».
А тряпьё всамделишное, из старых трикотажных обрезков да износившихся пластмассовых колготок. Сияет пятнышками чистоты — из меня кукольные ручки сделать можно, а из меня даже и личико.
И пошли куколки: длинноногая Чудачка и выкрутасный Сорванец, полногрудая Марфа и чернявенькая Цыганка, хитромудрая Шапокляк и добродушная Пелагея.
Тут пришла в гости молодой местный библиотекарь Елена Зуева, всей душою восхитилась:
— Позвольте сделать в библиотеке вашу экспозицию. Всё село смотреть будет.
Хозяйка было засмущалась, да коты Пушок с Борькой чистенькими лапками по её подолу засновали: «Соглашайся, авось и про нас доброе слово скажут».
Выставка «Добрых рук творенье» действует в библиотеке уже год, стала постоянной. Тут Зоя Мишина, заведующая Новополевским детским садиком, бежит:
— Заказ делаю! Сможешь, Романовна, сделать куклы всех республик Советского Союза? Даром, что Союз распался, мы все наряды помним, пусть и сегодняшние детишки о них узнают.
Ночами шила Нина, все пятнадцать национальных нарядов исполнила, даже западенские:
— Они же, гуцулы, не виноваты, что их всей Европой одурили.
Детишки теребят мягких куколок за носы и щёчки, просят научить шитью. Беспалова не против:
— Видите куклу новенькую безликую? Как лучше — вышить ей глазки либо покупные приклеить?
— И то, и другое! — кричат восторженные дети совсем в духе мультяшного Винни-Пуха.
Делятся азартно на две партии: первые выбирают магазинные голубенькие глазки, аккуратно их прицеливают к гладкому синтетичному курносью-переносью, вторые кисточкой примериваются нарисовать карие реснитчатые.
— Один неверный штрих, и лицо испорчено, — предупреждает малышек мастерица.
А у девочек рисованье бровей изначально в крови, никакого у них промаха. Ну если что, Романовна поправит.
Куклы рождаются быстрей кроликов. Римас как-то утром встал и отшатнулся в священном ужасе: на постели перед ним незнакомая полуметровая кукла. Оказывается, супруга решила его порадовать ночным изделием, ещё не остывшим от азартной горячей иглы.
Директор сельского Дома культуры Юрий Макрицын приехал с областных Троицких хороводов, открыл багажник машины и тоже отшатнулся: там во весь полуаршинный рост лежит розовая тряпичная Баба Яга, вся из себя красивая. Мирно спит, напрыгалась на празднике. Клубные землячки-хороводницы уложили её в багажник, не спросясь начальства.
Взрослые дети иголочное уменье Нины Романовны пока не перехватили, но дочь Анжелика регулярно забирает из отчего дома сдобные мамины поделки — для собственной семейной коллекции и просто для тетёшканья в досужий час.
Сама Беспалова охотно дарит свои творенья к юбилеям и прочим праздникам. Так что всё Новополево населено её доверчивыми трикотажными питомцами.
Школьницы Алина Дубровская да Ева Макеева записывают за мастерицей каждый стежок: этот надо класть сдвоенной голубой ниточкой, тот полуторной оранжевой. Неизменно спрашивают:
— Что нам на завтра сделать?
То есть не боятся домашних уроков, а даже желают их.
Казалось бы, давно минуло наше мальчишечье глиняное шмыганье с ивовой пращи и девчачье игранье в отработанные тряпочки. И лишь с возрастом видим, что эти простенькие забавы имеют нетленную тысячелетнюю плоть.
Кукла — лучшая забава детства. Не важно, из чего она сделана, — в ней всегда таится первое, самое драгоценное волшебство и дивное озаренье открывающегося мира. И подрастающие мальчуганы никогда не смеются над таинствами сверстниц, берущих в подростковую постельку с младенческих лет любимую куколку.
У Беспаловой есть соседки, мама и дочка, одинаково очарованные домашними поделками. Это Нина Обоянцева и её взрослая дочь Света, тонко шьющие бисером строгие канонические иконы, помогающие Беспаловой материалом и любящие рассматривать её фантазийные полуметровые капроновые изделия.
Бритый под панка лупоглазый пионерчик, бородатый под олигарха боярин-татарин, полнотелая добрая чаевница — они радостно висят на длинных ниточках, нисколько не походя на привычно-грустных невольников Карабаса-Барабаса; наоборот — улыбаются, счастливо ожидая собственного сказочника.
И все жители глазуновского села Новополево взахлёб сочиняют свои устные истории о десятках кукол Нины Романовны. И цветёт старинный уголок незамысловатыми байками для внуков.
DSC06053.JPG
Автор: Юрий Оноприенко
25 Октября 2014 13:35

Комментарии



Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений