Шедевры про запас

Небольшая выставка, всего 38 картин, принадлежащих мастерам русского авангарда 1910—1920 годов и художникам-шестидесятникам, прошедшая недавно в Орловском музее изобразительных искусств, приоткрыла наконец завесу тайны: какие подлинные сокровища хранятся в фондах среди 7 тысяч единиц хранения. Сегодня мы публикуем первый материал из цикла «Музейные ценности», в котором расскажем о самых удивительных произведениях искусства.

Шедевры про запас
Сезам, откройся!
Для известного кинорежиссера Станислава Говорухина уже давно стало правилом, приезжая в наш город, обязательно заглянуть в Орловский музей изобразительных искусств.
И когда несколько лет назад он вновь появился здесь в своей неизменной кепочке и с потухшей курительной трубкой в зубах, то прямо с порога заявил: «А могу ли я увидеть ваших замечательных Фалька и Кончаловского?». «Увы, но они у нас сейчас в фондах», — смущенно извинились музейщики, чем здорово огорчили мэтра кино.
— Говорухин был тогда действительно не на шутку раздосадован. Как истинного гурмана, тонкого ценителя живописи и большого почитателя русского авангарда, его лишили удовольствия вновь увидеть картины своих любимых художников, — продолжила эту историю директор музея Светлана Четверикова. — Станиславу Сергеевичу хорошо известно о нашей уникальной коллекции работ русского искусства начала ХХ века, он её уже как-то видел в один из своих приездов в Орел.
Но об этом, увы, мало кто знает из орловцев. Широкой публике больше знакома очень неплохая и постоянно действующая коллекция европейской живописи XVII—XIX веков.
А ведь сотрудникам орловского музея удалось собрать поистине редчайшие произведения русского авангарда, принадлежащие кисти самых известных русских художников, творивших новое, революционное искусство, ломавших устоявшиеся каноны в период поиска и экспериментов в 1910—1920 годах зарождающегося ХХ века.
Авангард поразил Россию внезапно. Абсолютная Идея с большой буквы разжигала в художниках протест. И они с головой бросались в новые течения. Абстракционизм, кубизм, футуризм позволяли ощутить полную свободу самовыражения.
Правда, известный русский философ и публицист Николай Бердяев так оценил эти эксперименты: «В 1910 году выросло хулиганское поколение…». И всё же детище русских авангардистов навсегда оставило след в истории не только русской, но и мировой живописи. Эта буйная, даже анархическая, сила изменила сознание художественного мира раз и навсегда, дав почву постмодернизму и современному искусству.
Но уж слишком коротким был век русского авангарда. Яркой кометой пронесся он в истории живописи, оставив потрясающие, ни с чем не сравнимые произведения, которые быстро разошлись по частным коллекциям.
Поэтому каждая из картин сегодня — бесценное сокровище. И только самые крупные художественные музеи могут сегодня похвастать такими авторами, как, например, Фальк, Ле-Дантю, Эндер, Кончаловский или Гончарова. В Орловском музее изобразительных искусств эти мастера русского авангарда есть. Правда, большую часть времени они проводят в фондах. Но это не вина, а беда музея.
Катастрофическая нехватка экспозиционных площадей вынуждает порой держать свои подлинные сокровища в запасниках. Впрочем, так поступают и музеи с мировым именем.
Все жёны Фалька
В орловском музее хранятся два самых знаменитых полотна кисти Роберта Фалька, талантливого художника новой волны начала ХХ века и одного из основателей скандально известного художественного объединения «Бубновый валет».
В 1909 году он выставил в салоне «Золотое руно» свою картину «Лиза в голубой шали» — портрет своей жены Елизаветы Потехиной- Фальк. Потрясающее полотно, выполненное с большим чувством: некая отстраненность, задумчивость героини, характерные оттенки голубого цвета, сплавленность с фоном — всё выдаёт большого мастера символизма, столь модного в то время.
А теперь директор Светлана Четверикова с гордостью и трепетом знакомит меня с этим шедевром в стенах своего музея.
Сотрудникам орловского музея удалось собрать поистине редчайшие произведения русского авангарда, принадлежащие кисти самых известных русских художников.
— Параллельно мы экспонируем и другое произведение выдающегося художника, — и Четверикова подводит к полотну «Обнаженная в янтарном ожерелье». — Оно более реалистичное, но рука мастера легко узнается — та же моделировка фигуры, та же сплавленность с фоном. Открою небольшой секрет: перед вами вторая жена Фалька — Ангелина Щёкин-Кротова.
Всё это дало повод Четвериковой со смехом хвастаться, что её музей — счастливый обладатель всех жён Роберта Фалька.
Кстати, именно благодаря Ангелине Щёкин-Кротовой орловцы и заполучили на зависть всем музеям произведения живописца, стоявшего у истоков русского авангарда.
DSC_2529.JPGПравда, когда сотрудники музея после трудных переговоров уже договорились со вдовой художника о приобретении картин, всё чуть не сорвалось… по морально-этическим соображениям. Надо понимать, что дело происходило в конце 70-х годов прошлого века.
— Это что еще за обнаженная, вы что, её выставлять собираетесь?! — кричала в гневе чиновница от культуры областной администрации, которая должна была подписать смету закупки.
Музейщики быстро сооб­разили и подсунули на подпись другую бумагу, где значилось просто «Женщина в янтаре».
Взгляд из мчащегося автомобиля
Среди жемчужин орловской коллекции русского авангарда и очень редкая и уникальная работа художника Михаила Ле-Дантю «Поворот автомобиля», созданная в 1910 году. Небольшое квадратное полотно, представляющее, на первый взгляд, нагромождение красных геометрических фигур и хаос из линий.
Но, приглядевшись, можно догадаться, что это отражение домов в разлетающихся осколках стекла.
Так, по мнению автора, и выглядят улицы города из окна мчащегося на полной скорости автомобиля.
— Ле-Дантю — яркий представитель футуризма, столь редкого для истории русской живописи, — пояснила Четверикова.
— Художники этого направления стремились вый­ти за рамки двухмерности полотна, создавая иллюзию трехмерности за счет эффекта движения, его динамики и энергетики.
Михаил Ле-Дантю прожил очень короткую жизнь, оставив небольшое количество полотен. Несколько лет назад, когда в музее Пушкина в Москве отмечали 100-летие футуризма, в экспозицию вошли только две работы этого талантливого художника — из орловского музея и одного из музеев Италии.
Четверикова обычно не любит распространяться на тему стоимости картин, но тут не сдержалась и открыла коммерческую тайну: страховая сумма полотна «Поворот автомобиля» составила пятьсот тысяч евро.
(Продолжение следует.)
Автор: Александр Савченко
8 Ноября 2014 12:38

Комментарии



Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений