На общую картинку. И виден стразу стиль, и атмосфера читается. И всё это — работа театрального художника.
«Вторая кожа»
Кто-то заметил, что сценический образ костюма можно назвать «второй кожей артиста». И хорошо, чтобы костюмчик сидел удобно и гармонично, чтобы и замысел режиссёрский читался, и артист в нём себя чувствовал как рыба в воде...
Главный художник Орловского государственного академического театра им. И. С. Тургенева Ольга Далент (Давыдова) считает, что нужно слышать людей, с которыми приходится работать.
Она мысленно ставит себя на место артиста, держит в голове желание режиссёра, советуется с мастерами, работающими в театральных цехах.
Полёт фантазии и творческие замыслы — конечно, прекрасно, но важно, чтобы это было технически исполнимо.
Ольга восхищается теми, с кем работает в команде.
— Пошивочный цех, например, это наши феи, профессионалы, каких мало, — говорит она. — Им показываешь эскиз, и вот уже всё сделано в материале.
Нужно непременно угадать с тканью, чтобы её фактура и пластичность максимально воплощали созданный образ. И подобных нюансов в работе театрального художника множество.
Тысяча мелочей
Художник, творя и фантазируя, должен учитывать очень много всевозможных моментов, например оптику зала. Мелкие детали будут работать для первых рядов, а с галёрки читается общая картинка, силуэт, крупные цветовые пятна. Художник должен продумать, как декорация будет «работать» в динамике, позаботиться о том, чтобы костюм не мешал актёру танцевать или падать на колени, должен учесть, как будут влиять на созданное им прямой или боковой свет, сколько стирок выдержит та или иная ткань...
Создавая визуал сцены, сам художник остаётся для публики невидимкой, его талант — всё продумать, выполнить и исчезнуть внутри общего замысла.
Не работа, а мечта
Прежде чем стать театральным художником, Ольга Далент много лет была художником-живописцем. Её работы находятся в галереях и частных коллекциях в России и за рубежом. Но творческая энергия, постоянное желание попробовать что-то новое не давали быть только станковистом: были дизайнерские эксперименты, росписи интерьеров, работа над своей линией одежды...
В мастерской живописец работает в одиночестве, создавая произведение, а искусство театрального художника коллективно, временно и синтетично, это часть единого спектакля, которая «живёт» только в союзе с актёром, светом, звуком.
— Именно в театре я нашла полное воплощение своей природы жизни, возможность всё время создавать, — говорит Ольга Далент. — Мне скучно работать только в одном каком-то ключе, а в театре хочешь — рисуй, хочешь — лепи, шей, прибивай, создавай формы. Это же мечта!
Спектакль встречают по одёжке
В Орловском государственном театре им. И. С. Тургенева Ольга Далент работает с 2024 года. За это время она оформила шесть спектаклей. Первым был «Очарованный странник. История Грушеньки» (12+), потом — «Рикки-Тикки-Тави» (6+), «Бабоньки» (12+), «Метель» (12+), «Кот в сапогах» (0+) и «Евгений Онегин» (12+).
Каждый из них со своей художественной особинкой, которая читается сразу, как только открывается занавес. И потом, на протяжении спектакля, раскрываются разные фишечки. И тут хочется заметить, что спектакль зачастую встречают по одёжке.
«Евгений Онегин» — это вообще отдельная история. Стилистика его ничем не похожа ни на один спектакль. Это какая-то особенная драматически-визуальная атмосфера, созданная вместе с артистами режиссёром Татьяной Дрёмовой и художником Ольгой Далент. Покрывающие коврами сцену огромные рукописные листы, на которых герои выглядели как нечто рукотворное, как маленькие живые куколки, эти тени и узоры на заднике, костюмы — как некий сплав прошлого и современности, огромные старинные фолианты, словно сошедшие с картин Ольги Далент, тех самых, которые зритель может увидеть на выставке «На границе миров» (12+) в фойе театра на втором этаже. Художественный символизм.
Кто-то заметил, что у режиссёра и художника имена как у пушкинских героинь — Татьяна и Ольга. И в этом тоже есть своя гармония и логика.
Театр ревнив
Что изменила в жизни художника работа в театре? В мастерской ты сам себе режиссёр, а театр — искусство коллективное. Здесь ты стараешься понять специфику работы каждого цеха и трансформируешь своё «я», учась работать в команде, даже если ты совсем не командный человек.
— Театр съедает всё, — говорит Ольга Далент. — У меня сейчас больше ни на что нет времени. Театр ревнив, как и искусство в целом. Он от всех требует полного погружения. Если ты хочешь быстрых результатов, не получится. Театр вынимает из тебя все нервы сразу. И даже если процесс завершён, ты всё равно должен находиться в процессе создания. И не только в том смысле, что ты ходишь по цехам и что-то подправляешь, всегда возникают вопросы, и от идеи до воплощения путь весьма тернистый. Но самое главное — мне хорошо в театре.
