В лабиринте зеркал

Магия мюзикла — в том, что он по-­особому соединяет драматическое действие, музыку, вокал, хореографию и свет. Именно этот симбиоз создаёт мощное, многогранное художественное впечатление, которое захватывает зрителя, как будто сразу проникает в кровь.

Мюзикл «Онегинъ» демонстрирует прекрасно адаптированный и бережно сохранённый пушкинский стих, положенный на музыку, тонко прописанную световую партитуру, роскошную хореографию, великолепные костюмы, так гармонично со­единившие детали разных веков.

Режиссёр спектакля — Дарья Борисова — лауреат премий «Музыкальное сердце те­атра» и «Золотой софит», обладатель «Золотой маски» — уже знакома орловскому зрителю своей работой над спектаклем «Яга». И этим уже многое сказано.

Изюминкой сценографии «Онегина» стали многочисленные зеркала, в которых отражаются герои, словно блуждая в лабиринте в поисках любви, истины и гармонии с собственной душой. Иногда в этих зеркалах видят отражения и сидящие в зале. В этот момент у них возникает чувство включённости и сопричастности, и это размывание границ очередной раз напоминает о том, что классика вечна.

Спектакль «Онегинъ» — это не просто история утраченной любви, это психологическая драма, в которой каждый герой стоит перед своим отражением. Переходя от одного зеркала к другому, герои меняются, пока не наступит момент истины: взгляд в глаза своему прошлому без страха. Именно в этот миг рождается новая душа. Так, в хитросплетении отражений герои совершают путь от самообмана к прозрению, разбивая прежние зеркала, дабы из осколков собрать себя истинного.

И в чём же истина?

Сначала ответим на вопрос: в чём драма Евгения Онегина, которого великолепно сыг­рал молодой актёр Данила Маскаев?

Хочется сказать спасибо режиссёру за то, что для неё Онегин не антигерой, как мы часто видим в других постановках, а потерявшийся человек, дерзнувший противостоять общественному мнению. «Жестокий», — говорят одни. «Но честный», — возражают другие. Не обманул же он Татьяну, не воспользовался её наивностью, предупредил: «К беде неопытность ведёт»...

Одна из зрительниц, посмотрев первый акт спектакля, сказала: «Вижу другого Евгения — более близкого, чем в школьную пору, понимаю его, но не могу простить ему лишь одного — смерти Ленского». Спектакль тут чётко расставляет акценты. Дуэль с Ленским — это не хладнокровное убийство, а трагическая ошибка человека, который стал не только заложником собственного эго, но и светских условностей. Не это ли самое общество сочло бы трусом того, кто посмел бы отказаться от дуэли? Не то ли это самое общество через пару минут забывает о смерти молодого поэта и продолжает дальше жить своей «светской» жизнью? Не оно ли — это общество — предложило юноше Евгению все удовольствия, опустошив и пресытив? И вина или беда Онегина в том, что он не умел ни любить, ни дружить? Но тут кто-то может возразить: «Способность любить и дружить — это не талант, а на навык, который может или развиться, или атрофироваться». Онегин слишком поздно это понял. Да, легко нам сейчас, таким осведомлённым и взрослым, осуждать молодых и импульсивных или, напротив, слишком рано охладивших свой ум?

Горе от ума

Русская литература ХIХ века нередко выводит эту горькую формулу. Ум — не пропуск к счастью и успеху, а часто приговор. Как легко живётся глупцам! Они не замечают пошлости и фальши, не видят бессмысленности, они едят, пьют, веселятся. Вдумчивый человек видит, что за фасадом бала — пустота, за красивыми словами — ложь, за любовью — расчёт... Ум срывает все иллюзии, оставляя голым на ледяном ветру, ум изолирует... И даже Экклезиаст преду­преждает: «Во многой мудрости много печали». Однако разве не для того дан ум, чтобы понять, когда его надо выключить и послушать сердце?

И разве не умна в таком случае Татьяна (в спектакле в разных составах её играют Елизавета Афанасьева и Елена Симонова)? Однако в ней нет онегинской злости. Ум без сердца — проклятье, ум с сердцем — спасение. Татьяну сначала ранит, а потом всё же согревает любовь. Она не отрек­лась от чувства, просто спрятала его глубоко и доказала, что можно жить без взаимности, а достоинство и уважение к себе может оказаться сильнее любви. Татьяна не разлюбила, но сделала правильный выбор. Ну а такого генерала, такого Князя N, какого играет Сергей Козлов, только небо может послать! Как красив и трогателен их танец, когда эта встреча становится судьбой, когда «для бедной Тани все были жребии равны»!..

Поэзия звука и жеста

В мюзикле «Онегинъ» хореография очень точно и красиво раскрывает внутренний мир героев, создаёт настроение, и порой пара минут пластики заменяет целые страницы повествования. А как классическая мазурка временами искрит электричеством танго — браво хореографу мюзикла Ирине Кашубе!

Режиссёр Дарья Борисова умеет собрать классную команду и сделать умно и зрелищно. Сложная задача стояла перед автором либретто Викторией Борисовой, которая смогла привычный хрестоматийный текст перевести в музыкальный и сделала это максимально бережно по отношению к первоисточнику.

Прекрасно справились со своей задачей композитор Данил Борисов, художник-­постановщик Вячеслав Окунев, художник по свету Иван Виноградов, на счету которого свыше 100 спектаклей и оперных постановок в разных городах России и Европы.

Не просто играли на сцене, а проживали судьбы своих героев, делая их узнаваемыми и настоящими, артисты Матвей Репин, Виктория Саленкова, Эльвира Узянбаева, Светлана Нарышкина, Ирина Агейкина.

Спектакль «Онегинъ» оставляет долгое и приятное послевкусие — как искусство, к которому хочется снова и снова возвращаться. (12+)