«Би‑2»: «Орёл — гостеприимный город»

«Интервью? Мы их редко даем, не считаем нужным», — убедить музыкантов на беседу удалось с трудом, применив все свое возможное обаяние. Но перед разговором орловская публика смогла оценить и подтвердить: из малоперспективной в далекие годы назад группы «Би‑2» стала практически классикой русского рока.

«Би‑2»: «Орёл — гостеприимный город»
— Лева!!!
— Шура!!!
Во время концерта рокеров, состоявшегося недавно в Орле, публика произносила эти имена с регулярностью, схожей со временем обязательного приема лекарственных средств. Сво­его рода допинг. Количество поклонников группы с каждым годом увеличивается, несмотря на то, что на телеэкранах музыкантов показывают все реже.
— Многих интересует, откуда взялось название вашей группы. Наверняка, есть какая-то интересная история. Расскажите о ней.
Лева: — Наш коллектив начинался с группы «Берег истины». Она была создана в Минске еще в 1988 году. Когда мы были далеко не взрослыми людьми, нам хотелось назвать группу как-то звучно, чтобы все сразу поняли, что мы такие своеобразные, интересные и неповторимые. Даже, наверное, концептуальные.
Шура: — Те времена прошли. Сейчас ко всему относишься проще. Мы сократили название до инициалов, добавили цифру «2», потому что нас двое. Признаюсь, мы советовались со специалистами по семиотике. В итоге получили подтверждение своего решения: мол, название удачное. Мы движемся в правильном направлении. И уже маловероятно, что изменим свой курс.
Лева: — Хочу добавить, что без нашей команды мы были бы никем. Каждый человек, начиная от музыканта и заканчивая администратором, является частью нашей группы, которую, очень хочется верить, любят зрители.
— Можно ли сказать, что вам нужно постоянно находиться в состоянии, максимально приближенном к стрессу, чтобы творить настолько душевные песни?
Шура: — Что мне, что Леве очень важно находиться в состоянии покоя. Мы выбираем какие-то места, где можно отдохнуть и ничего не делать. Просто тупо смотреть на небо. Наверное, каждый творческий человек нас поймет. Хочется отгородиться от мира, почувствовать себя одиноким. Да, это продолжается недолго. Вскоре начинаешь чувствовать себя своеобразным волком-отшельником. Зато потом хочется творить.
Лева: — Наверное, это стыдно, но я признаюсь: некоторые песни я писал утром в туалете. Просто ничего не можешь с собой поделать. Если строки приходят в голову, очень страшно их забыть, а это слишком реально. Потом приходят другие рифмы, и прежние теряются. Вообще-то мы с Шуриком привыкли работать, что называется, «лоб в лоб». Без всяких прикрас можно смело сказать, что именно тогда и получается самый продуктивный материал.
— Наверняка вам часто дарят подарки. Что особенно запоминается?
Лева: — Ох, чего только ни дарили… Были вещи оригинальные, были не очень интересные, но приятные в любом случае. Больше всего радует, когда люди приносят и вручают то, что сделали своими руками. Если говорить обо мне, то я частенько получаю мягкие игрушки в виде львов или машинки. Это понятно, поскольку данные изделия я собираю. Шурику в основном преподносят цветы. Многое из того, что нам дарят, радует глаз во время репетиций на базе.
Несправедливо называть нас группой одной песни. Когда мы появились в России, повсеместно крутили «Сердце». Потом появилась «Варвара». А следом разговоры о том, что мы — группа одной песни. Такие беседы продолжались даже после «Полковника» и «Серебра»
— Нет у вас чувства обиды, когда слышите, что «Би‑2» — группа одной песни?
Шура: — Если честно, я совсем никак к этому не отношусь. Ни драться с кем-то, ни кому-то что-то объяснять мы не собираемся. Да, мы поем «Полковника» по сей день. И он нам не надоел. Согласитесь: хорошая песня.
Лева: — Несправедливо называть нас группой одной песни. Когда мы появились в России, повсеместно крутили «Сердце». Потом появилась «Варвара». А следом разговоры о том, что мы — группа одной песни. Такие беседы продолжались даже после «Полковника» и «Серебра». А с «Серебром» мы вообще все рекорды побили на московских радиостанциях. Так что говорить о том, что «Би‑2» — группа одной песни, совершенно несправедливо.
— Кстати о «Полковнике». Как вообще появилась эта песня?
— Лева: — История довольно интересная. Дело в том, что песенные тексты не один я сочиняю. Помогают друзья. В их числе Карась, в миру — Михаил Карасев. Он и написал этот текст по мотивам книг Габриэля Гарсиа Маркеса «Полковнику никто не пишет» и «Сто лет одиночества». Но из готового текста я взял только две строчки: «Полковнику никто не пишет, полковника никто не ждет», а все остальное родилось в Мельбурне. В общем, в песне и поется о Мельбурне: «Большие города, пустые поезда». Помню, мы ехали с Шуркой ночью из студии. Часов 12, наверное, было. Шел проливной дождь. Ехали на метро, но оно у них там не подземное, а наземное. И такой вид был шикарный на весь этот ночной мегаполис! Небоскребы! Так и появилась эта строчка. Это было еще в 1998 году.
— Какое впечатление у вас останется от нашего города?
— Орел — очень гостеприимный город. У вас теплая публика, есть старинная архитектура. И вообще, надо ценить то место, в котором ты живешь.
— Не секрет, что вы редко общаетесь с журналистами. О чем вас вообще не имеет смысла спрашивать?
Шура: — Табу одно. Это — личная жизнь.
Справка
Пока еще ни один альбом группы «Би‑2» не был провален. Более того, каждый последующий был успешнее предыдущего.
Автор: Ольга Смирнова
26 Марта 2014 06:54

Комментарии



Текст сообщения*
Защита от автоматических сообщений